Андрей Колотов: Тайна последнего романа Ч. Диккенса

(не совсем всерьез)

Публика тяжело дышала и с ненавистью глядела на клоуна.

Анекдот.

Предисловие

Намедни, обчитавшись сдуру навязчивой рекламы, совершил я трагический и совершенно необдуманный поступок. Скачал с интернета и прочитал роман Ч.Диккенса, «Тайна Эдвина Друда».

Жестокое разочарование постигло меня после прочтения первых же его страниц. Дурной, неудобоваримый перевод, выполненный, как выяснилось позднее, под руководством М.А.Шишмаревой аж в 1916 году для издательства П.П.Сойкина, где нарочито абстрактные описания чередовались с диалогами персонажей, напоминал скорее чрезмерно затянутую пьесу, нежели художественный роман. Для примера:


«Глава II Настоятель — и прочие.

...Не только день, но и год идет к концу. Яркое и все же холодное солнце висит низко над горизонтом за развалинами монастыря, и дикий виноград, оплетающий стену собора и уже наполовину оголенный, роняет темно-красные листья на потрескавшиеся каменные плиты дорожек ... Несколько листочков робко пытаются найти убежище под низким сводом церковной двери; но отсюда их безжалостно изгоняют, отбрасывая ногами, двое запоздалых молельщиков, которые в эту минуту выходят из собора. Затем один запирает дверь тяжелым ключом, а другой поспешно удаляется, зажимая под мышкой увесистую нотную папку.

— Кто это прошел, Топ? Мистер Джаспер?

— Да, ваше преподобие.

— Как он сегодня задержался!

— Да, ваше преподобие. И я задержался из-за него. Он, видите ли, стал вдруг не в себе...»



В самом деле, стоит только добавить вводные слова и от пьесы уже не отличить:


«Акт 1, Сцена 2.

Действующие лица: Настоятель — и прочие.

Место действия: площадка перед городским собором.

(Не только день, но и год идет к концу. Яркое и все же холодное солнце висит низко над горизонтом за развалинами монастыря, и дикий виноград, оплетающий стену собора и уже наполовину оголенный, роняет темно-красные листья на потрескавшиеся каменные плиты дорожек ... Несколько листочков робко пытаются найти убежище под низким сводом церковной двери; но отсюда их безжалостно изгоняют, отбрасывая ногами, двое запоздалых молельщиков, которые в эту минуту выходят из собора. Затем один запирает дверь тяжелым ключом, а другой поспешно удаляется, зажимая под мышкой увесистую нотную папку.)

Настоятель: Кто это прошел, Топ? Мистер Джаспер?

Топ: Да, ваше преподобие.

Настоятель: Как он сегодня задержался!

Топ: Да, ваше преподобие. И я задержался из-за него. Он, видите ли, стал вдруг не в себе...»


Далее, как гласила реклама, должен был идти текст, где непрерывно нарастающая интрига, должна была с первых же страниц захватить внимание читателя и не отпускать до самого конца. По крайней мере, такова была задумка самого Ч.Диккенса, по словам его современников. Что бы там ни было, но вынужден констатировать, что эту задумку ему осуществить не удалось.

Вместо этого на протяжении более чем 100 страниц шло непрерывное введение всё новых и новых персонажей, описание множества сцен и непонятных эпизодов, которые должны были найти своё объяснение позднее, но которые до этого времени следовало просто запоминать. Пробираясь сквозь все эти дебри непонятного и неудобочитаемого текста, не имея ясной цели и ясного понимания, для чего всё это нужно, я несколько раз впадал в отчаянное малодушие, бросал чтение и переключался на другие занятия. Но потом, уже чисто из упрямства, подобно сказочному дурачку, купившему на ярмарке мыло и сожравшему его, несмотря на лезшую изо рта пену с приговорами: — пенься не пенься, а я тебя съем, за тебя деньги плочены!

Я, раз за разом возвращаясь к чтению злополучного романа, всё же умудрился дочитать его до интригующей завязки, — исчезновения Эдвина Друда (сто пятидесятая страница текста!). С этого момента чтение пошло уже легче, стало понятно, ради чего были перенесены предыдущие мучения. На протяжении ровно 100 страниц я действительно постепенно начал получать удовольствие от прочтения, как вдруг на 250 странице роман внезапно закончился, оборванный ровно на середине. Дальнейший текст гласил, что точного окончания романа мы уже никогда не узнаем, по причине смерти автора.

Вот это был настоящий удар!

Вероятно, понимая, что среди доверчивых простачков, подобно мне купившихся на рекламу и дочитавших роман до этого места, наверняка найдётся несколько экстремистов, которые пробравшись ночью обязательно подожгут издательство, не выдержав моральных издевательств, издатели попробовали смягчить эффект от внезапного удара, слегка подсластив пилюлю. Вместо окончания они опубликовали 50 страничную статью некоего Дж. Каминга Уолтерса, озаглавленную — Ключи к роману Диккенса «Тайна Эдвина Друда». В которой автор постарался, по мере сил, ответить на некоторые вопросы и хотя бы примерно осветить предполагаемую концовку романа. Поскольку издательство не сгорело, то вероятно своей цели они добились.

Однако лично на меня вышеуказанная статья произвела не менее удручающее впечатление, нежели и сам роман. Наметив и обозначив несколько вопросов требующих разрешения и не нашедших отражения в опубликованной части романа, автор ответил на них столь нелепым и парадоксальным образом, что остаётся только удивляться как он пришёл к своим выводам и на какую логику в своих рассуждениях опирался. В то время, как почти все необходимые для разгадки сведения и факты уже содержались в опубликованной части романа и требовали лишь должного осмысления и упорядочивания.

Свои собственные рассуждения по этому поводу я и публикую на последующих страницах. Но прежде чем приступить к этим рассуждениям, я считаю своим долгом взять с читателя торжественное обещание никогда, НИКОГДА, не читать вышеуказанного романа Ч.Диккенса! Не брать его в руки и не пытаться его открывать, если он вдруг случайно ему попадётся. Заклинаю всем святым, если вам дороги ваше время и психическое здоровье, — никогда, НИКОГДА не пытайтесь это совершить!!! И вообще не читайте даже последующего текста, а лучше немедленно закройте эту страничку и займитесь более полезными и продуктивными делами.

Если же вы, подобно мне оказались столь доверчивы и упрямы, что умудрились всё же его прочитать, то я спокойно предоставляю вашему вниманию последующий текст, точно зная, что каковы бы ни были его недостатки, никакого вреда никому я этим уже не нанесу. Хуже того, что произошло, уже не будет!

1.

Некто Дж. Каминг Уолтерс, написав статью, сформулировал в ней 4 главных вопроса требующих ответа:

  1. Убит или нет Эдвин Друд?
  2. Кто такой мистер Дэчери?
  3. Какова роль в сюжете романа старухи — «принцессы Курилки»?
  4. Каким мог быть дальнейший сюжет? 

Но ответы, которые он дал на эти вопросы, лично меня не удовлетворили. Поэтому, не изобретая ничего нового, просто пойду последовательно по его списку и отвечу на них самостоятельно.

Что касается первого вопроса то ответ на него совершенно однозначен, — Эдвин Друд убит. Ответил на него сам Ч.Диккенс, когда его спросил об этом сын во время прогулки. Это отражено в воспоминаниях современников и дальнейшие дискуссии здесь неуместны.

2.

Отвечая на второй вопрос, — кто такой мистер Дэчери, Уолтерс сначала «посмеялся» над чудаками предположившими, что это сам Эдвин Друд. Полностью разделяю его иронию, это невозможно хотя бы потому, что Эдвин Друд — убит. Но, предлагая свой ответ, Уолтерс выдвигает не менее юмористическое предположение что это переодетая Елена Ландлес?! В защиту своего утверждения он очень сильно упирает на парик, который якобы одет на мистере Дэчери и на то обстоятельство, что в детстве она неоднократно переодевалась мальчиком.

Осмелюсь, однако возразить, что даже 10 париков ни за что бы не смогли превратить восемнадцатилетнюю красавицу, буквально воплощение женственности, в полноватого пятидесятилетнего джентльмена с военной выправкой. Как создать впечатление полноты? Как быть с голосом? Как обеспечить эффект одновременного присутствия сразу в двух местах, в Клойстергэме и Лондоне? Ведь Дэчери никуда из города не выезжает, и т.д и т.п.?

Пытаясь доказать, что Дэчери это Елена, Уолтерс перебирает уже известных героев романа, упирая на то, что кроме них, лиц, заинтересованных в разоблачении Джаспера быть не могло и, дескать Елена для этой роли лицо самое подходящее. Докажу однако, что это не так. Мистер Дэчери безусловно новый персонаж, а его появление в романе происходит в силу железобетонной необходимости проистекающей из тех фактов, которые в опубликованной части романа уже были изложены. А вызывает его к жизни не кто иной, как мистер Грюджиус.

Обратимся к сюжету. Разговаривая в последний раз с Эдвином Друдом, мистер Грюджиус передал ему, в присутствии свидетеля драгоценное кольцо, для обручения с Розой Бутон, с которой он с детства помолвлен. Известно, что мистер Грюджиус передал это кольцо с большой неохотой ибо, помимо номинальной ценности, оно было очень дорого ему как память, о погибшей женщине которую он любил в молодости. Кольцо было передано с условием, Эдвин должен вернуть кольцо прежнему владельцу, если обручение не состоится. Однако помолвка, как известно, расстроилась, а Эдвин Друд исчез, не вернув кольца. По поводу его внезапного исчезновения было сделано три предположения. Первое, что Эдвин Друд убит Невилом Ландлесом, а тело спрятано (и вроде большинство фактов указывало на это). Второе, что он утонул во время прогулки на реку, случайно упав в воду во время бури. Очевидно, что в обоих случаях вернуть кольцо можно было только отыскав тело Эдвина Друда. Но время шло, а тело не находилось.

Третье предположение, что он сам скрылся из города, опасаясь людских пересудов из-за расстроившейся помолвки с Розой Буттон. А теперь давайте зададимся вопросом если это так, то куда бы мог в принципе уехать пропавший герой? Самое логичное предположение, что он уехал именно туда, куда стремился уже давно, но задерживал свой отъезд ради предстоящей свадьбы, — в Египет. Там, в Каире его ждало место инженера в машиностроительной компании, пайщиком которой был его отец и который он должен был наследовать по достижении совершеннолетия. Обо всех этих обстоятельствах был прекрасно осведомлён мистер Грюджиус. Он сам говорил об этом Розе Бутон, объясняя ей финансовое положение её жениха накануне предстоящей свадьбы. И конечно же он обязательно должен был проверить это предположение.

Вот почему, как я думаю, 1 или 2 месяца спустя после исчезновения Эдвина Друда он написал в адрес машиностроительной фирмы письмо, примерно такого содержания.

Милостивые господа, — пайщики компании такой-то и такой-то, вам из Лондона пишет мистер Грюджиус такой-то и такой-то. Мне известно, что одним из наследных пайщиков вашей компании является некто Эдвин Друд, у которого передо мной есть некоторые невыполненные юридические обязательства. Поскольку 1 (или 2) месяц(а) назад вышеупомянутый господин бесследно исчез из Лондона при загадочных и невыясненных обстоятельствах (есть сильные подозрения на убийство или смерть от несчастного случая), но поскольку тело его до сих пор не найдено, то есть шанс, что он выехал к вам в Каир. Если он объявился (или объявится в Египте), то прошу сообщить об этом в Лондон, а также напомнить ему о невыполненных юридических обязательствах. Обратный адрес, число и подпись.

Получив такое письмо, пайщики поначалу не должны были бы встревожиться очень сильно. Действительно, даже в случае смерти Эдвина Друда единственный вопрос, который их мог всерьез заинтересовать заключался бы в том, кому дальше должен был перейти по наследству вышеупомянутый пай вместе с накопившимися дивидендами? Кто наследник следующей очереди? И они ответили бы мистеру Грюджиусу, что Э.Друд в Каире не появлялся, но мы, дескать, в свою очередь просим вас сообщить более подробно об обстоятельствах его исчезновения, а так же, кто может наследовать его пай в фирме.

Из последовавшей за этим перепиской мистер Грюджиус мог бы, кстати, узнать, что Джон Джаспер о судьбе племянника в фирме не осведомлялся (что ещё более укрепило бы его подозрения против Джаспера). А пайщики фирмы узнали бы, что единственным наследником Эдвина является его дядя, Джон Джаспер. При этом мистер Грюджиус мог мягко намекнуть, что против него то же есть некоторые подозрения. И вот после получения такого письма пайщики компании должны были бы взволноваться гораздо сильнее, поскольку это уже затрагивало каждого из них лично. В самом деле, если бы вдруг выяснилось, что Друд убит, а убийцей является его единственный наследник — Джон Джаспер, то это означало бы, что пай теперь переходит в собственность компании (а он мог быть весьма значительным) и делится между оставшимся собственниками. Таким образом у них появлялась сильная мотивация в сборе доказательств против Джаспера и обвинении его в убийстве.

Далее могло последовать одно из двух. Либо компаньоны нашли бы ловкого и опытного человека в своей среде, который должен был выехать в Клойстергэм и тайно собрать необходимые доказательства. Либо они могли попросить мистера Грюджиуса порекомендовать им в Лондоне подходящего детектива и нанять его с этой же целью. В любом случае становится понятным, что скорее всего мистер Дэчери действует в тесной связке с мистером Грюджиусом. Дэчери следит за Джаспером в Клойстергэме, а Грюджиус в Лондоне и они координируют свои усилия.

Таким образом всё вышесказанное объясняет разом все загадки, связанные с мистером Дэчери. И кто он такой (представитель машиностроительной компании). И почему он с самого первого момента появления в Клойстергэме следит конкретно за Джоном Джаспером (компаньонов интересует только такой вариант разрешения дела, при котором убийцей является именно он). И то, почему он появился в городе только полгода спустя после исчезновения Эдвина (всё это время шла неторопливая переписка между Лондоном и Каиром). Что же касается парика, который Дэчери якобы носит, то: во- первых, это не факт. А во-вторых, даже если он действительно носит парик, то возможно лишь потому, что он — известный в Лондоне детектив.

3.

Теперь перехожу к вопросу о роли и месте в сюжете романа старухи — принцессы Курилки. Рассуждая о ней, Уолтерс почему-то чрезмерно раздувает её значение и даже выдвигает предположение, что она мать Джона Джаспера! Постараюсь, однако показать, что столь экстравагантные предположения, в данном случае, совершенно излишни. А все странности поведения этого персонажа легко объясняются исходя из его психологических особенностей.

Известно, что старуха является содержательницей наркопритона, — курителей опиума. Она очень бедна, живёт впроголодь, сама так же курит опиум, что помогает ей приглушить постоянное чувство голода. Основные её посетители, — такие же бедняки, портовые грузчики и матросы (китайцы и индусы), единственный состоятельный человек Джон Джаспер. Старуха жуликовата и воровата (раскуривая трубку Джасперу, половину ухитряется выкурить сама, но берёт с него полную цену). Все её мысли н креатив направлены лишь на одно, где бы раздобыть ещё немного денег. Вот что думает о ней Джон Джаспер пытаясь проникнуть в её мысли в первой главе романа:


«— Какие видения ее посещают? — раздумывает он, вглядываясь в ее лицо. — Что грезится ей? Множество мясных лавок и трактиров, где без ограничений отпускают в кредит? Толпа посетителей в ее гнусном притоне, новая кровать взамен этого мерзкого одра, чисто подметенный двор вместо зловонной помойки за окном? Выше этого ей все равно не подняться, сколько ни выкури она опиума!»


Таким образом основное чувство которое он испытывает по отношению к старухе это презрение. Она прекрасно это понимает и платит ему той же монетой, испытывая по отношению к нему лишь злобу и зависть к его богатству. Старухе не чужд дух авантюризма (об этом говорит характер её бизнеса). И вот такой персонаж, совершенно случайно, узнаёт из опиумного бреда Джаспера, что он страшно ненавидит и даже хочет убить некоего Нэда. Она слышит этот бред раз за разом, когда Джаспер посещает её притон. И вот постепенно в её голове вызревает следующий план. А что если, рассуждает старуха, мне удастся выследить где живёт этот господин и чем он занимается, то возможно, я узнаю и кто такой этот Нэд. И если я затем сообщу Нэду о грозящей ему опасности, то разве он не даст мне за это щедрое вознаграждение? Тем самым старуха надеется убить сразу двух зайцев, раздобыть денег и поквитаться с заносчивым клиентом.

После того, когда этот план полностью вызревает в её сознании, она предпринимает первую попытку выследить Джона Джаспера. Ей удаётся проследить за ним вплоть до железнодорожной станции Клойстергэма (которая находится вне города, в чистом поле), но она вынужденно теряет его, когда он садится в дилижанс идущий в город. А когда она добирается до города со следующим дилижансом, то выясняется, что разыскать его в городе не зная ни его имени ни рода занятий весьма проблематично. Искать по описаниям внешности, расспрашивая местных жителей опасно, слухи могут дойти до самого Джаспера и тогда ей несдобровать.

Совершенно отчаявшись и не имея денег даже на ночлежку, она отправляется на монастырский виноградник, намереваясь там заночевать, не привлекая к себе внимания. Ей кажется, что её план провалился, но волей рока именно здесь её и находит Эдвин Друд просто гуляющий по городу (тот самый «Нэд» которого она разыскивает). Далее всё происходит почти именно так, как ей и представлялось. Она (сама того не зная) предупреждает Нэда об опасности и даже получает от него вознаграждение (под видом милостыни) хотя, наверное, и в меньшем объёме чем ей желалось (три шиллинга шесть пенсов). Интересно, что она остаётся в полном неведении относительно того, что её план стопроцентно осуществился.

Что же касается самого Эдвина, то в отношении него срабатывает метафизический закон многократного предупреждения. Но он игнорирует это последнее предупреждение судьбы о грозящей ему опасности (как и множество других до этого), в силу глупости, доверчивости и беспечности, за что и расплачивается собственной жизнью.

Старуха возвращается в Лондон, но обнаруживает, что Джаспер перестаёт посещать её притон (он раздобыл собственные запасы опиума и теперь курит его у себя дома). В следующий раз он посещает её заведение только полгода спустя. Теперь, заметив, что он в трауре, и узнав из его опиумного бреда что преступление, которое он задумывал уже совершено, она понимает, что её старый план «провалился». Но у неё тут же рождается новый. Теперь уже нельзя получить деньги с неведомого Нэда, но зато, если точно выяснить имя и местожительство клиента, а также хорошенько разнюхать все остальные подробности, то можно шантажировать уже самого Джаспера! Этот план сулит даже ещё большие барыши чем прежний. Один раз она уже рискнула и получила некоторое вознаграждение, почему бы не попробовать и сейчас?!

Теперь она действует более предусмотрительно, узнав о точном времени отъезда Джаспера из Лондона, она добирается до Клойстергэма раньше него и благополучно выслеживает его до самого дома от остановки дилижанса. И здесь, столкнувшись с мистером Дэчери, она узнаёт все, что ей необходимо: имя Джаспера, место и характер его работы, и точный адрес. Несложно догадаться о чувствах переполняющих старуху, когда наутро она исподтишка наблюдает за Джаспером в соборе, это — злобная радость и торжество:


«...она вдруг злобно смеется и даже — мистер Дэчери ясно это видел! — грозит ему (Джасперу) кулаком.»


И вновь, как и в прошлый раз, мистические совпадения преследуют её во время поездки. Она снова получает неожиданное вознаграждение (три шиллинга шесть пенсов) и вдобавок вплотную сталкивается с другим человеком, выслеживающим Джаспера, — с мистером Дэчери. Который, в свою очередь, узнаёт от неё то, что ему необходимо.

4.

Теперь настало время поговорить о самом главном вопросе, касающемся романа, о его сюжете и неопубликованном окончании. В самом общем виде возможная концовка романа аргументировано описана в статье Уолтерса и в качестве таковой, её вполне можно принять за основу. Однако мне представляется, что, исходя из уже опубликованной части романа, её можно описать ещё более детально и конкретно, что я и попытаюсь сделать сейчас. Ещё одной мощной подсказкой в этом вопросе (помимо опубликованного текста) мне послужит сохранившаяся иллюстрация обложки первого выпуска романа. Которая была нарисована Ч.Коллинзом, зятем Ч.Диккенса ещё при его жизни и заслужила самую высокую похвалу со стороны последнего:

«Чарльз Коллинз нарисовал превосходную обложку» — написал он в своё время.

Разбор иллюстраций на обложке сделанный Уолтерсом, кажется мне слишком поверхностным и небрежным и, к тому же, содержит некоторые ошибочные выводы. Итак, обратимся к обложке (см. илл. ниже).


Вопреки мнению Уолтерса осмелюсь утверждать, что из 9 или 10 сцен изображённых на обложке, только 4 или 5 могут быть атрибутированы исходя из опубликованной половины текста. Оставшиеся 4 или 5, относятся к неопубликованной его половине и по ним можно судить о дальнейшем развитии сюжета.

Обложка построена художником следующим образом. События романа проиллюстрированы 10 сценами, которые идут в хронологической последовательности сверху вниз. Причём сцены, отражающие любовную линию, располагаются на обложке слева, а линию совершения преступления и его разоблачения, — справа и снизу. Это деление дополнительно подчёркивается следующими символами. Линия любовная обозначена символической театральной фигурой любви (девушка, разбрасывающая розы выглядывающая из-за кулисы), и левой частью венка обрамляющей заголовок (она состоит из живых стеблей роз с листьями и цветами, почти лишёнными колючек).

Атрибуты и сцены, иллюстрирующие любовную линию романа. Все они расположены с левой стороны обложки.

1. Символическая фигура любви.

2. Левая часть венка обрамляющего заголовок.

3. Три сцены иллюстрирующие развитие любовной линии. Вверху, — Роза Бутон и Эдвин Друд на стадии помолвки. Ниже, девушка читает объявление — «разыскивается» (жених исчез) Снизу, Тартар признаётся Розе Бутон в любви (новый жених).

Из трёх сцен иллюстрирующих любовную линию, последняя (самая нижняя) атрибутирована Уолтерсом неверно. Мужчина, преклонивший колено перед девушкой точно не Джаспер. Во-первых, во время всей сцены объяснения Джаспера в любви он всё время стоит неподалёку от Розы Буттон, облокотившись на солнечные часы, а не встаёт на колени. Во-вторых, хотя Джаспер дважды порывался взять Розу за руку, она дважды (согласно тексту) отдёргивала её. На иллюстрации же мы видим, что девушка весьма благосклонно взирает на ухаживания молодого человека. Далее, во время разговора с ним, шляпка снята с головы Розы Буттон и висит на её локте (так записано в тексте, и отражено в иллюстрациях Люка Филдса):


«Повесив садовую шляпку себе на локоток, Роза выходит в сад. Едва она завидела Джаспера с крыльца — он стоит, опираясь на солнечные часы, — ... — она покорно идет и садится, опустив голову, на садовую скамью возле солнечных часов.»


Затем, Джон Джаспер носит бакенбарды (которых нет у коленопреклонённого мужчины), но зато у него имеются прекрасные тёмные усы (признак военного сословия) которых нет у Джаспера.

По-видимому, на иллюстрации изображена сцена объяснения в любви, между Тартаром и Розой Бутон. Этот финал их отношений уже достаточно чётко просматривается в опубликованной части романа.

В самом низу левой части обложки изображена старуха — принцесса Курилка, раскуривающая трубку с опиумом, о её роли и месте в сюжете я уже достаточно сказал в третьей главе статьи. Не трудно предположить, что в дальнейшем мистер Дэчери разыщет её притон в Лондоне, и на суде её показания сыграют важную роль в обвинении против Джона Джаспера.

Теперь разберу сцены, расположенные на обложке справа и внизу. Как я уже сказал, они относятся к теме совершения преступления и его разоблачения и наказания. Эта линия обозначается символической фигурой ненависти (в виде девушки с кинжалом за занавесом) и правой частью венка, обрамляющего заголовок (который состоит из высохших стеблей роз, практически лишённых листьев и цветов, но усеянных многочисленными шипами).

По поводу трактовки самого верхнего рисунка, у меня с Уолтерсом разногласий нет. Там мы видим снедаемого ревностью Джаспера в окружении церковного клира и хора. Но рисунок трёх поднимающихся по винтовой лестнице людей атрибутирован Уолтерсом неверно. Бородатый мужчина, поднимающийся по лестнице вторым, отнюдь не Дердлс (а значит и тот что вверху не Джаспер). Его Диккенс характеризует как «отчаянного пьяницу», всегда одетого одинаково:


«— в куртке из грубой фланели с роговыми пуговицами, в желтом шарфе с обтрепанными концами, в ветхой шляпе, когда-то черной, а теперь рыжей, как ржавчина, и в шнурованных сапогах...»


Но ни сапогов ни шарфа нет у мужчины с бородой и одет он вполне по- джентельменски, на его шее красуется галстук бабочка. Кроме того, в руках у мужчин нет никаких предметов. К тому же, верхний обращается к нижнему, а тот, в свою очередь, явно показывает что-то идущему за ним следом (невидимому). Таким образом, все трое явно представляют собой часть большой группы людей поднимающихся на башню собора. Эта сцена явно относится к неопубликованной части романа. Судя по ней, башня, должна была сыграть существенную роль как в осуществлении убийства, так и в разоблачении Джаспера. И не даром, на стадии подготовки преступления, Джаспер предпринимает восхождение на башню вместе с Дердлсом. Можно предположить, что убийство было совершено именно там и на площадке башни остались какие-то улики, которые и обнаружит поднимающаяся на башню делегация.

И о характере одной из этих улик можно высказать вполне определённые догадки, рассматривая второй из трёх, оставшихся не разобранными, рисунков. Первый из этих рисунков находится в самом центре обложки сразу под заголовком.

Он изображает перекрещенную лопату и ключ, и некий узелок или свёрток. По поводу этого рисунка Уолтерс написал весьма «загадочную» фразу (свидетельствующую о его крайней небрежности в деле изучения рисунка обложки), он написал: «...а внизу изображен молоток, лопата и узелок с обедом Дердлса.»

То есть увидев узелок, он решил, что на этой иллюстрации собраны предметы, относящиеся к работе Дердлса. Отсюда словесная замена ключа на молоток. Ведь как написано у Диккенса в романе:


«— Дердлс ведет бродячий образ жизни словно цыган, всюду таская с собой узелок с обедом и присаживаясь то тут, то там на могильной плите, чтобы подкрепиться. Этот узелок с обедом Дердлса уже стал одной из клойстергэмских достопримечательностей...»


Однако мне думается, что, во-первых, у художника не было никаких особых причин так выделять предметы, относящиеся именно к Дердлсу, и тем более помещать их в самом центре обложки. Во-вторых, на рисунке изображён ключ (вероятно от склепа мистера Сапси), а не молоток (рабочий инструмент Дердлса). А ключу этому вообще-то положено находиться как раз в узелке, а не отдельно снаружи. В-третьих, в этом случае совершенно непонятно, причём здесь лопата.

В отличие от Уолтерса, я думаю, что на этом рисунке художник изобразил самые важные предметы, которые Джаспер использовал для совершения преступления и сокрытия тела. И которые, впоследствии будут служить уликами против него. Изображены: лопата (с её помощью Джаспер засыпал тело убитого негашёной известью); дубликат ключа от склепа мистера Сапси (в нём Джаспер спрячет тело своего племянника); и узелок с опиумом (важнейший артефакт явно и неявно участвующий во многих эпизодах и сценах романа).

Действительно, Джаспер курит опиум сам, снимая психическое напряжение от мук ревности и постоянной необходимости вести двойную игру по отношению к племяннику. Он подсыпает опиум в бокалы Эдвина Друда и Невила Ландлеса, (что бы спровоцировать их на ссору), в коньяк, которым усыпляет Дердлса, (что бы выкрасть у него ключи и произвести подготовку к преступлению). Наконец, вероятно, этот самый узелок с опиумом он потеряет на месте преступления (возможно на башне собора) и который будет найден мистером Дэчери идущим по следам преступника. Этот узелок впоследствии будет опознан человеком, у которого Джаспер его купил и, тем самым, послужит уликой в деле его разоблачения на суде.

В этой связи становится понятным рисунок курящего трубку китайца, в правом нижнем углу обложки. Это тот самый китаец-Джек, о котором вскользь упоминает старуха принцесса Курилка, в самой первой главе романа, как о своём главном конкуренте. Именно у него, как вероятно должно было выясниться позднее, купил Джаспер злополучный узелок. (Ведь у старухи он опий не покупал, значит у китайца). И который тот опознает. Значит, на этом рисунке мы видим ещё одного важного свидетеля, показаниями которого Джаспер будет изобличён.

По поводу трактовки Уолтерсом главного центрального рисунка внизу (сцена засады в склепе, с участием Джаспера и Дэчери) я, пожалуй, соглашусь, но только повторив уже ранее сделанное замечание. Дэчери это конечно же не Елена Ландлес. А по поводу якобы «странности» фигуры Дэчери, на которую напирает Уолтерс:


«Человек с фонарем в руке входит в темное помещение. Лучи от фонаря падают на другую фигуру — очевидно, неожиданную для вошедшего. Фигура эта, очень странная. Мужчина это или женщина в мужском платье? Может быть, это и есть таинственный Дэчери?»


Могу сказать лишь одно, эта «странность» во многом лишь следствие плохой пропечатанности рисунка в типографии. (См. илл. ниже). И если прорисовать его так, как это изначально было задумано художником, то перепутать это, явно мужское лицо Дэчери, с женским, будет уже сложнее. И уж во всяком случае «женского» в нём не более, чем в известном портрете М.В.Ломоносова, например.

Теперь мне остаётся только изложить сюжет романа целиком, так, как он может быть реконструирован исходя из информации, изложенной выше.

5.

Я думаю, что главной, центральной темой незавершённого Диккенсом романа, должно было стать противостояние двух антиподов, двух полярно противоположных героев: Джона Джаспера и мистера Грюджиуса. Причём их несходство и их противоборство не просто чисто формальное и внешнее, по линии: преступник — следователь. Думать так и видеть в романе лишь занимательный детектив, было бы очень сильным упрощением. Но оно носит гораздо более, глубинный и метафизический характер. Точно так насколько не сходны эти герои внешне (один, — двадцатишестилетний брюнет, с тщательно расчёсанными бачками, красивым лицом и низким звучным голосом; другой, — вдвое старше, сухой и тощий, с волосами на голове напоминающими облезлый жёлтый мех, с корявым лицом, угловатый и неуклюжий и к тому же сильно близорукий).

Точно так же противоположны они и в своей психологической и духовной основе. За внешней спокойностью и показной уравновешенностью Джона Джаспера, скрываются необоримые и неукротимые страсти, Для усмирения которых он вынужден прибегать к наркотикам (иначе не выдержит психика). За неуклюжей внешностью мистера Грюджиуса скрывается тонкий психолог, человек острого ума крайней наблюдательности и огромной выдержки. Джон Джаспер — это олицетворение всего демонического, что может быть в человеке (ложь, коварство и убийство), — преисполнен гордыни и эгоизма, мистер Грюджиус (образец честности, служения и самоотдачи) — воплощённое христианское начало.

И самым наглядным образом это их внутреннее несходство обнаруживается в проявлении их чувств к любимому человеку. Парадоксально, но влюблены они в один и тот же архетипический образ женщины. Мистер Грюджиус 15-20 лет назад (нежно и самоотречённо) любил мать Розы Бутон, Джон Джаспер, 15-20 лет спустя неистово и страстно влюблён в саму Розу (которая с возрастом становится удивительно похожа на мать). Но если мистер Грюджиус, увидев, что место рядом с любимым человеком занято, смиренно отходит в сторону, тщательно скрывает свои чувства, и озабочен только одним, чтоб не доставить неприятности предмету своей любви. То совсем не такова любовь Джона Джаспера. Единственный закон для него, это его желание. Поэтому предмет его обожания лишается свободы выбора, она будет принадлежать либо ему, либо никому. И горе тому, кто встанет на его пути к желанной цели.

Странным образом два этих, столь несходных между собой героя, оказываются, неразрывно связаны железной цепью кармических и жизненных обстоятельств (через любовь к женщине и чувство долга) и в итоге буквально обречены на противостояние.

Джон Джаспер (помимо прочего) — носитель мистического дара, он может одною силой своей воли покорять и подчинять чужое, более слабое сознание, тем самым несёт угрозу предмету своей страсти — Розе Бутон, лишая её свободы. Вот как она рассказывает об этом своей подруге Елене Ландлес:


«— Он только смотрел на меня — и я становилась его рабой. Сколько раз он заставлял меня понимать его мысли, хотя не говорил ничего, сколько раз он приказывал мне молчать, хотя не произносил ни слова. Когда я играю, он не отводит глаз от моих пальцев; когда я пою, он не отрывает взгляда от моих губ. Когда он меня поправляет и берет ноту или аккорд, или проигрывает пассаж — он сам в этих звуках, он шепчет мне о своей страсти и запрещает выдавать его тайну. Я никогда не смотрю ему в глаза, но я все равно их вижу, он меня заставляет. Даже когда они у него вдруг тускнеют — это бывает — и он словно куда-то уходит, в какую-то страшную грезу, где творятся, я не знаю, какие ужасы, — даже тогда он держит меня в своей власти — я все понимаю, что с ним происходит, и все время чувствую, что он сидит рядом и угрожает мне. Как я его тогда боюсь!

— Да что же это за угроза, деточка? Чем он грозит?

— Не знаю. Я никогда не решалась даже подумать об этом.»

Защиты от этой угрозы Р.Буттон ищет, и обретает, у своего опекуна мистера Грюджиуса, о котором Ч.Диккенс говорит, что:


«... строжайшая верность своим обязательствам была главным его двигателем и источником его жизненной силы.»


В итоге, борьба между мистером Грюджиусом и Джоном Джаспером идёт сразу по нескольким направлениям. Во-первых, идёт борьба за свободу Розы Бутон от мистических чар Джаспера. Во-вторых, идёт борьба за восстановление честного имени Невила и Елены Ландлес. В-третьих, устанавливается справедливость в деле убийства Эдвина Друда. И, наконец, борьба идёт за устранение потенциальной угрозы любому будущему избраннику Розы Бутон.

Однако все остальные линии противостояния уходят в тень (выносятся за скобки), а на поверхности оказывается тема совершения и разоблачения убийства. Поскольку именно разрешив эту тайну, мистер Грюджиус автоматически решает и все остальные задачи.

Рассмотрим эту сюжетную линию подробнее.

В опубликованной части романа Диккенс даёт множество намёков и подсказок, по которым мы можем понять, как было задумано и осуществлено убийство Эдвина Друда.

Что касается мотивов понуждающие Джаспера пойти на преступление, то они полностью вскрыты Ч.Дикенсом в сцене объяснения Джаспера в любви к Розе Бутон, это — ревность и эгоизм. Вероятно, первоначальный замысел преступления был таким: Джаспер хотел задушить племянника во время очередной прогулки по кладбищу рядом с собором (для них эти прогулки дело вполне обычное), а затем спрятать тело в склепе мистера Сапси. На стадии подготовки к преступлению, во время ночной прогулки по подземельям собора, Джаспер усыпляет Дердлса коньяком (в который добавлен опиум). Завладев ключём от склепа, он делает с него слепок (по которому позднее закажет в Лондоне дубликат ключа). Затем, взяв ведро и лопату, натаскивает в склеп некоторое количество негашёной извести, ею он хочет засыпать тело, рассчитывая, что после этого его не смогут опознать, даже если и найдут. После чего возвращается к Дердлсу и дожидается когда тот проснётся.

По ходу дела в этот план вносятся коррективы. Во-первых, Джаспер узнаёт о ссоре Невила Ландлеса с Эдвином Друдом и у него возникает мысль подстроить всё так, что бы подозрения в убийстве пали на Невила. Преследуя эту цель, Джаспер сначала провоцирует их на конфликт (подсыпав опий в их бокалы с вином и одурманив их разум), а затем, всячески способствует максимальной огласке этой истории. Во-вторых, неожиданную поправку в задуманный план вносит буря, случившаяся в ночь преступления. Джаспер предлагает племяннику совершить ночную прогулку, подняться на башню собора и полюбоваться ночной грозой. О ключах от собора и башни, он мог позаботиться ещё вечером. Для регента церковного хора это было бы не трудно и не могло вызвать подозрений. Далее, задушив его шарфом и забрав с трупа часы и булавку (вещи по которым труп могут впоследствии опознать), он сбрасывает тело вниз и оттаскивает его в склеп. Открыв его дубликатом ключа, он захоранивает тело в свободной нише, или в вырытой яме и засыпает негашеной известью. На башне остаются следы борьбы и потерянный узелок с опиумом. Часы и булавку Джаспер бросает в реку.

Как известно преступление Джона Джаспера оказалось совершенно напрасным (помолвка расстроилась и без него), но устранив одного мнимого конкурента он тут же узнаёт о существовании второго (Невила Ландлеса), теперь все свои силы Джаспер переключает на дискредитацию последнего (на него он хочет «повесить» собственное преступление). Но по следам преступника уже идут отважные мстители! Уже к середине романа мистер Грюджиус полностью уверен в виновности Джона Джаспера:


«Мистер Грюджиус ответил, что обычно придерживается твердого правила: если есть возможность опередить разбойника или дикого зверя, всегда нужно это сделать; а в том, что Джон Джаспер представляет собой комбинацию разбойника и дикого зверя, у него, мистера Грюджиуса, нет никаких сомнений.»


И для его изобличения он выстраивает широкую коалицию из лиц, желающих с ним поквитаться: Роза Бутон, Невил и Елена Ландлес, мистер Криспакл, мистер Дэчери и, завербованный в самый последний момент, Тартар. Благодаря их усилиям Д.Джаспер оказывается практически под круглосуточным наблюдением, хотя и не знает об этом.

К моменту, на котором заканчивается роман, основные доказательства и улики, изобличающие Джаспера, уже собраны. Об этом свидетельствует последняя сцена, когда мистер Дэчери, после разговора со старухой — принцессой Курилкой, проводит большую меловую черту на дверце шкафа. Вероятно, он уже побывал на башне собора и нашёл и следы борьбы и узелок с опиумом. После разговора со старухой ему становится понятным значение этой находки. Но все эти доказательства и улики, — косвенные. Для того, чтобы изобличить Джаспера полностью, надо заставить его нервничать и совершать ошибки.

Поэтому я думаю, что во второй части романа, Дэчери должен был бы выйти из тени и заявить о себе, как о лице, ведущем расследование дела в интересах компании. Более явно могла обнаружить себя и коалиция вокруг мистера Грюджиуса. Кроме того, в игру должен был включиться мистер Тартар, на правах двойного агента. С одной стороны, он должен информировать коалицию о намерениях Джаспера, с другой, якобы информировать Джаспера о шагах коалиции против него. Эта его роль уже заявлена Еленой Ландлес, в опубликованной части романа, и его согласие так же получено:


«— Если за Невилом в самом деле установлена слежка и цель этой слежки оторвать его от всех друзей и знакомых и постепенно сделать его жизнь невыносимой (...), то можно предполагать, что он постарается как-нибудь снестись с мистером Тартаром, чтобы и его настроить против Невила. А в таком случае мы, во-первых, установим самый факт слежки, а во-вторых, узнаем от мистера Тартара, что именно Джаспер ему говорил. ...— и мистер Тартар объявил, что готов все делать, как велит Елена, и начать хоть сегодня.»


О том, что последует дальше догадаться уже не трудно. Однажды, целая комиссия должна будет подняться на башню собора (рисунок на обложке справа) и мистер Дэчери продемонстрирует ей следы борьбы преступника и жертвы. После чего возникнет подозрение, что тело спрятано на кладбище и будет объявлено, что следует обследовать все склепы. Одновременно с этим, Тартар, с подачи мистера Грюджиуса, «поделится» с Д.Джаспером информацией, что в кармане убитого, должно быть кольцо, по которому его можно опознать. Желая опередить комиссию, Джаспер кинется в склеп и угодит в приготовленную для него засаду (нижний центральный рисунок обложки).

Далее суд, тюрьма в ожидании казни и, как и задумывал Ч.Диккенс, — исповедь Джаспера о том, как он задумал и совершил своё преступление.

Заключение

Как известно, роману не повезло с самого начала, — он оказался не окончен. Дурной перевод столетней давности только усугубил его несчастную судьбу. Но на этом злоключения романа не завершились. В 1980 году в СССР по его сюжету был снят 4-ёх серийный фильм спектакль. Несмотря на то, что в фильме были собраны лучшие актёры того времени, — С.Юрский, Р. Плятт, Л.Дуров, А.Леонтьев, Е.Коренева и т.д., фильм в целом оказался довольно неудачным вследствие слабой режиссуры.

Нарочито-театральная игра актёров (в худших традициях захудалого провинциального театра с непрерывным кривляньем и преувеличенной жестикуляцией) постоянно производила диссонирующий и размагничивающий эффект, что делало просмотр фильма делом, ещё более проблематичным, чем прочтение книги. Лично я осилил целиком только полторы серии, а далее наскоро пролистал отдельные сцены. Общий вывод: Дорогие читатели этой статьи, — уже поклявшиеся никогда не читать роман, пообещайте так же никогда не смотреть и вышеупомянутое кино! Берегите свои силы и здоровье!

Однако и это оказалось не всё.

Самым последним, по времени несчастьем, связанным с романом, стал вышедший в 2012 году фильм ВВС по его сюжету. После просмотра нашего фильма, я был твёрдо уверен, что хуже снять уже невозможно. Режиссёры ВВС наглядно доказали, что я жестоко ошибался.

Таким образом, список вопросов, составленный Уолтерсом по поводу романа, должен быть дополнен ещё одним, вероятно самым главным и существенным: — в чём причина тяжёлого рока, нависшего над романом с самого первого момента его появления на свет? И вот уже ответ на этот вопрос (в отличие от всех остальных, довольно несложных) и является, пожалуй, самой главной, неразрешённой пока тайной неоконченного произведения Ч.Диккенса. Кто и когда даст ответ на эту непостижимую для меня загадку? Только человек с приоткрытым духовным зрением сможет это сделать. А пока его нет, тайна остаётся. Мисюсь, где ты?

Томск

11 августа 2016г.